Она училась тогда в большом сибирском городе, жила в общежитии, где кроме неё ещё пять девчонок. Они жили очень дружно, старались помогать друг другу в учёбе, мыли друг за дружку полы и посуду, готовили все вместе еду на общей кухне. Но когда приходили дни каникул или праздников, частенько оставалась одна в комнате, ехать домой было довольно далеко и утомительно, почти двенадцать часов на поезде. Обычно, общежитие затихало и только звуки самолётов нарушали тишину коридоров, рядом был аэропорт. Она садилась на окно в кухне, ждала кипяток из титана, смотрела в звездное холодное небо. Но в этот раз она решила уехать обязательно, пусть даже дома она пробудет всего два дня.
До вокзала добраться было не просто, в канун праздника было очень мало транспорта, да и тот был забит до отказа. Когда она приехала на вокзал, до отправки поезда оставалось несколько минут. Быстро бежала к кассам, задыхалась от волнения и жары помещения. "А вдруг не успею? Не смогу купить билет, и поезд уйдёт без меня?" - мысли неслись в такт стукам сердца. Но волнение оказалось напрасным. Билеты были - никто не хотел ехать в новогоднюю ночь вдаль от прекрасного, играющего огнями ёлок города. А поезд отправлялся в далёкие таёжные края, где конечно тоже есть множество ёлок, но они не такие нарядные и украшены только пушистым снегом.


Ну, все. Сидит в вагоне, чемодан в рундуке, сняла толстую и неудобную куртку, пушистый шарф и варежки, выдающие в ней провинциалку. И вдруг с удивлением замечает, что она в вагоне почти одна. Нет, конечно, проводник-женщина была, ведь она и впустила её в вагон, но больше никого! А в её сумке лежала бутылка традиционного шампанского, мандарины и шоколадные конфеты. Не густо, но на стипендию студента - сказочный набор. Тем более ехала она к родителям и могла себе позволить все денежные запасы истратить. Что делать? Перспектива сидеть одной в пустом вагоне всю ночь почти пугала, хотя и знала, что утром она будет дома, с любимыми папой и мамой. Дома её всегда ждали, даже рыжий пушистый кот выказывал ей симпатию, хотя ко всем относился нейтрально.
Пришёл проводник, рассказала, что зовут её Любой, спросила, нужен ли чай и не хочет ли пассажирка присоединиться к её небольшой кампании, чтобы не сидеть одной. Конечно, хочет, был ответ. Так и решили, что Люба пойдёт накрывать стол в служебном купе, а она возьмёт всё необходимое и придёт в кампанию через полчаса. Она так рада была, что её не оставили одну прозябать в такой праздник.
Как только она открыла служебную дверь, пол качнулся под её ногами, битком набитое помещение встретило запахами и разговорами, людьми в форменной одежде и нарядных платьях. Нашлось место даже маленькой елке, правда, без традиционных игрушек. НА ней вместо шариков и дождя были золотые обёртки от шоколада, фантики от конфет. Купе вместило в себя почти десяток разных людей, даже при желании всех не запомнить с одного раза. Все улыбались и говорили свои имена, а она почти машинально, отвечала. И только одно имя она запомнила сразу, лицо поразило внимательными карими глазами и тёмными усами, несколько секунд сблизили их, впервые она подумала, что может быть вот так признана совершенно незнакомым человеком за "свою'.
Праздник шёл, как и положено, весело и шутливо. Галантные кавалеры и приятные дамы пели и танцевали, нашлись гитары и даже бубен, а в пустом вагоне была куча места, где можно было вальсировать. И только эти двое, она и он, переместившись в дальний угол вагона, тихо беседовали о чём-то у заснеженного окна, улыбались друг другу, несмело прикасались к рукам, когда стучались стаканами с шампанским. Он читал ей стихи, которых она раньше никогда не слышала. Она рассказывала о своём тяжёлом и совершенно не интересном обучении в одном из заведений, куда её попросили пойти родители. Никто не нарушал их беседы, все как-то сразу поняли, что эти двое собрались вместе не случайно. Эти двое собраны вместе кем-то свыше и не надо им мешать. Постепенно все разошлись и утихли, переместились в другие вагоны, разделились на хмельные парочки. А эти двое, так и стояли до самого утра, боялись нарушить радостную гармонию нового года, что пришла к ним случайно, в почти пустом поезде.
Утром поезд остановился на маленькой станции, выпустил свою пассажирку на перрон, двинулся дальше, унося замечательного человека и собеседника, унося сердце девушки, как оказалось, навсегда.